cremacia«Совершенно недопустимо для православного христианина потворствовать развитию греховной языческой традиции сожжения тел усопших. Вспомним слова Священного Писания: Адаму же сказал: ...в поте лица твоего будешь есть хлеб, доколе не возвратишься в землю, из которой ты взят (Быт. 3, 17, 19). Достойно предать тело покойного земле с соответствующими заупокойными богослужениями, совершенными в храме Божием, есть первейшая христианская обязанность родственников покойного, за исполнение которой каждый даст ответ на Страшном Суде Божием. Потому сожжение тела усопшего является тяжким грехом – поруганием храма Божия: Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм – вы (1 Кор. 3, 16-17)"[1].

***

«Вы спрашиваете, почему Православная Церковь против кремирования усопших. Во-первых, потому, что считает это насилием. Сербы по сей день содрогаются от преступления Синан-паши[2], который сжег мощи святого Саввы на Врачаре. Сжигают ли люди мертвых коней, собак или кошек? Я о таком не слышал, но видел и слышал, что их закапывают в землю. Почему же тогда совершается насилие над мертвым телом человека, хозяина всех земных животных? Разве сожжение мертвых животных, особенно в больших городах, не было бы более оправданным, чем сожжение людей?

Во-вторых, этот языческий, варварский обычай был вытеснен из Европы христианской культурой почти две тысячи лет назад. Кто желает возродить его, тот пытается вернуть давно изжитый языческий обряд. В Англии, которую вряд ли можно назвать страной некультурной, этот вид неоязычества крайне непопулярен. Я расскажу вам одну историю.

Во время войны один известный серб повредился умом и незадолго до смерти попросил кремировать его, когда он умрет. В назначенный день наша небольшая сербская колония собралась у крематория на Голдерс Грин[3]. Когда тело покойного погрузили в печь, мы содрогнулись от ужаса при виде этого. Нас пригласили подождать с другой стороны печи: «четверть часа подождать прах»; мы подошли, чтобы встретить своего земляка в виде горсти пепла. Прождав больше часа, в удивлении, что огонь так долго мучается с одним нашим покойным, мы спросили служащего, в чем дело. Он извинился тем, что печь совсем остыла, «потому что используется не каждый день: редко кто добровольно хочет быть сожжен». Услышав это, мы разошлись, не в силах ждать конца мучений нашего брата. А если вам неизвестно, в Лондоне ежедневно умирает больше тысячи людей. В Америке я видел могилы президентов Вильямса, Рузвельта, Линкольна и многих других выдающихся людей. Никто из них не был кремирован. Тем больше удивило меня, что среди потомков святого Саввы есть единомышленники Синан-паши!

Один персидский адвокат рассказывал мне об их «самом разумном отношении» к мертвым. Они, то есть персидские огнепоклонники, хотя и поклоняются огню, как божеству, не сжигают своих умерших, а кладут их на землю, для трапезы птицам. Их кладбище огорожено высокими стенами, на которых в ожидании дремлют стаи орлов. Гробовщики вносят на кладбище покрытого полотном нагого мертвеца, кладут на землю и быстро удаляются. Тогда орлы проворно принимаются за работу, и через несколько часов от мертвого человеческого тела остаются голые кости, которые уже никто не погребает. Персидская логика объясняет это так: «При жизни мы питались животными, справедливо и нам накормить их собою». Я был удивлен такими рассуждениями, хотя должен был признать, что они не уступают рассуждениям приверженцев сожжения.

Но зачем создавать новые проблемы из уже решенных проблем? Если мы будем задаваться ненужными вопросами, то однажды начнем мучиться вопросом, не убивать ли нам престарелых людей, как это делают примитивные племена, и создавать общества, пропагандирующие эту «идею»!

И, наконец, станет ли разумный человек воевать против кладбищ на этой земле, где кладбища служат народной гордостью и источником вдохновения и, если хотите, паспортом государства?

Мир Вам и здравия от Господа"[4].

* * *

Однако в корне неверно считать, что кремированные люди не воскреснут на Суд Божий! «Вера во Всеобщее воскресение умерших является догматом Православной Церкви. Основание этого догмата нетрудно отыскать в Священном Писании. Господь Иисус Христос, говоря о последнем Страшном Суде, который определит участь человека в Вечности, указывает на возвращение к жизни всех когда-либо умерших людей: Когда же приидет Сын Человеческий во славе Своей и все святые Ангелы с Ним, тогда сядет на престоле славы Своей; и соберутся пред Ним все народы (Мф. 25, 31-32). Все народы – это все люди, когда-либо жившие на земле: и верующие, и атеисты, и праведники, и грешники, и жившие до Рождества Христова, и наши современники,- абсолютно все.

Христос прямо говорил: Бог не есть Бог мертвых, но живых (Мф. 22, 32). Это означает, что однажды созданная Богом сущность (человеческая жизнь) не может быть уничтожена, а образ Божий, носителем которого является каждый человек, это и образ Божественного бессмертия.

Еще яснее Христос говорит о Всеобщем воскресении после исцеления расслабленного при иерусалимской купальне Вифезда: Истинно, истинно говорю вам: наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут. …Наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Божия; и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло – в воскресение осуждения (Ин. 5, 25, 28-29).

Догмат о Всеобщем воскресении является основным вероучительным положением христианства. В Символе веры, окончательно принятом на II Вселенском Соборе, этот догмат выражен словами: «Чаю воскресения мертвых».

Самое же поразительное пророчество о грядущем воскресении принадлежит Иову. Лишившийся всего, пораженный проказой, обличаемый женой, не находящий сострадания у любимых друзей, Иов восклицает: А я знаю, Искупитель мой жив, и Он в последний день восставит из праха распадающуюся кожу мою сию; и я во плоти моей узрю Бога. Я узрю Его сам; мои глаза, не глаза другого, увидят Его. Истаевает сердце мое в груди моей! (Иов 19, 25-27)"[5].

Поэтому необходимо сказать, что кремация – это грех тех, кто решился на нее; однако душе усопшего она повредить не может. И Церковь не отказывает в отпевании тех почивших, которые впоследствии будут кремированы или которые уже подверглись кремации.

  1. Викентий, архиеп. Екатеринбургский и Верхотурский. Послание о необходимости церковного погребения усопших, а также недопустимости практики «заочного отпевания» и кремации. Екатеринбург, 14 марта 2006 г.// Информационное агентство Екатеринбургской епархии (http://orthodox.etel.ru/2006/10/14dela.htm).- Сост.^
  2. Синан-паша – турецкий визирь-бек, командовавший в XVI в. турецким войском в войне против Австрии.
    После смерти свт. Саввы Сербского (†1237) у его мощей в монастыре Милешево собирались не только сербы, но и турки – столь велико было почитание святого. Чтобы прекратить [это почитание] и осквернить память святителя и «превратить в прах источник сербской державной легитимности и символ сербских традиций», в 1594 (или 1595) г. Синан-паша приказал доставить мощи св. Саввы из Милешево в Белград и там прилюдно сжег их на холме Врачар. Впоследствии на Врачаре был возведен храм, посвященный свт. Савве, величайший в Европе.^
  3. Голдерс Грин (Golders Green) – еврейский квартал на северо-западе Лондона. «Достопримечательности» – ипподром, крематорий, где находится урна с прахом известной русской балерины Анны Павловой.^
  4. Николай Сербский, свт. Письмо 49: журналисту И. Т., на вопрос о сожжении мертвых // Миссионерские письма. М., 2003. С. 81-83.- Сост.^
  5. Михаил Воробьев, свящ. Совет священника // Информационно-аналитический портал Саратовской епархии «Православие и современность» (http://www.eparhia-saratov.ru). Вопросы священнику.- Сост.^